Человеческая натура — штука сложная и многогранная. Мы привыкли измерять друг друга бытовыми шкалами “хороший-плохой” или “удобный-неудобный”, забывая, что настоящая суть личности лежит в плоскости совсем иных категорий. Испокон веков мыслители, от античных философов до современных писателей, примеряли к людям образы природных стихий — гордых вершин, бездонных морей и таинственных пещер. И знаете, в этом оказалось куда больше правды, чем в любом психологическом тесте.
Афоризм «Одни люди высокие, как горы, другие — глубокие, как море, третьи — таинственные, как пещеры»
Взять хотя бы первое сравнение — с горами. Это не про рост, разумеется. Гора в культурном коде — символ цели, непреодолимой преграды и открытой, всем видимой мощи. Такие люди не прячут амбиций. Они — те самые “монолиты”, на которые принято равняться или с которыми принято воевать. Их жизненное кредо просто: “вершина должна быть взята”. Но у этой медали есть и обратная сторона. Как написал Августин Блаженный в своей “Исповеди”: люди путешествуют, чтобы дивиться высоте гор и мощи океана, “и проходят мимо себя, не дивясь” . Сосредоточившись на внешней атрибутике величия, “гора” рискует так и остаться красивой, но холодной статуей, за которой никто не видит живой души. Алишер Навои, к слову, добавлял, что укрывшийся в горах от мира человек в пещере найдет себе ночлег . Это тоже выбор — уйти в несокрушимость одиночества.
Сложнее, как мне кажется, обстоят дела с теми, кто “глубок, как море”. Здесь метафора уже не про высоту, а про объем и скрытое содержание. Вы можете всю жизнь просидеть на берегу, подсчитывая волны и пытаясь вывести закономерности приливов, — ничего не поймете. Здесь действует правило “или ныряй, или проходи мимо”. Как точно подметили Алёна и Мартин (Эдуард Тополь): чтобы познать океан, “должен нырнуть в него. И желательно — поглубже” . Русская классика, в частности Мельников-Печерский, называла это “вечно волнующимся океаном жизни”, в котором мы все — лишь маленькие капельки . Проблема “морских” личностей в том, что их глубина может быть обманчивой: под маской бездны часто скрывается обычная тина, а настоящая душевная работа пугает наблюдателей так же, как пугают океанские впадины.
Но самый пикантный образ — третий. “Таинственные, как пещеры”. В отличие от гор и морей, пещера по умолчанию не приглашает в гости. Это закрытая система, тьма, холод и, если повезет, древние сокровища. Толкин в “Палате костей” устами героев высказал характерное презрение к этим “норам”: гномы бы платили золотом за их красоту, а эльфы — золотом, лишь бы их выпустили на свет . Так и в социуме: “пещерные” люди вызывают смешанные чувства. Они кажутся странными, ушедшими в себя, скрывающими что-то важное. Хотя, как показывают исследования (пусть и эзотерического толка), посвященные, охраняющие подобные “сомати-пещеры” в Тибете, добровольно берут на себя обет молчания, считая это «слишком святым» для посторонних глаз . Им просто не нужны зрители.
