Мифологический образ Лысой горы
Владимир Даль, наш главный летописец народной жизни, не сомневался: «Ведьма известна, я думаю, всякому, хотя она и водится, собственно, на Украине, а Лысая гора под Киевом служит сборищем всех ведьм, кои тут по ночам отправляют свой шабаш». Не расплывчатая легенда, а четкая фиксация факта от человека, который знал язык народа как никто другой. В его времена, в середине XIX века, киевская локация уже считалась главной «диспетчерской» нечистой силы.
Откуда ноги растут у этой репутации? Тут важно понимать прагматику предков. Любой холм, лишенный древесной шапки — выжженный молнией, срытый ветрами или человеком — автоматически получал у славян это нелестное прозвище. Лысый — значит, голый, неприкрытый. А голое, пустое место в крестьянском сознании всегда ассоциировалось с нежилым, а значит — потенциально опасным и «нечистым». Не магия сама по себе, а банальная логика выживания: на пустоши никто не живет, значит, там водятся черти.
Но киевским холмам повезло меньше других. Почему? Вот где начинается сама суть мифа, подкрепленная трагической географией:
- Капища и молнии: До Крещения Руси на вершинах вроде Девич-горы находились языческие капища. Огонь жертвенников и удары небесного Перуна выжигали землю дотла, оставляя после себя золу, которая долго не зарастала лесом. Боги ушли, а страх остался.
- Кладбища и казни: Христианская традиция хоронила отверженных (самоубийц, некрещеных) за пределами погостов. Как раз на таких неудобных, «лысых» взгорках. А в XVIII–XIX веках на Лысой горе уже вовсю работала эшафотная команда Киевской крепости; здесь нашли свой конец более 200 человек. Трупы казненных предавали земле тут же, без отпевания. Согласитесь: места с такой биографией просто обязаны были обрасти мистикой.
Так что миф о «Лысой горе» — это не выдумка пьяных сказителей, а мрачный архив народной памяти, где на генетическом уровне смешались ужас перед языческим прошлым, ужас перед насильственной смертью и бытовое наблюдение за бесплодной землей.
Шабаш и Вальпургиева ночь
Главное ежегодное собрание «элиты» нечистой силы по расписанию совпадает с 1 мая. Только давайте сразу расставим точки над i: европейская Вальпургиева ночь (с 30 апреля на 1 мая) и славянские шабаши на Лысой горе — это «братья-близнецы», но воспитанные разными матерями-конфессиями.
В Германии «виновница торжества» — святая Вальпурга, монахиня, канонизированная в 778 году. Ее день пришелся аккурат на языческий Белтайн (праздник огня и плодородия). Церковь, борясь с «кострами дьявола», просто подменила вывески: мол, не пляски духов предков, а бесовские игрища. И заработало. Гора Броккен в горах Гарц стала немецким аналогом нашего киевского холма: тут, по легендам, ведьмы совокуплялись с демонами и варили в котлах христианских младенцев.
У восточных славян терминология жестче. Исследователи прямо указывают: шабаш на Лысой горе — это «бесовские потехи». Традиционно «назначенное время» гуляний распределялось так:
- Весенний шабаш: Вальпургиева ночь (30 апреля), напрямую связанный с Юрьевым днем, когда скот выгоняли в поле.
- Купальская ночь (с 23 на 24 июня): День Перуна. Пик буйства стихий и расцвета ведьминой силы.
- Зимние святки (26 декабря – 1 января): Период, когда ведьмы «сдружаются с демонами», а по русским поверьям, именно 1 января они традиционно «теряют память от излишнего веселья».
Важнейший нюанс: охота на ведьм и навязывание образа «врага рода человеческого» сыграли злую шутку с самими охотниками. Многие образованные люди XIX века (включая того же Даля и Гоголя) описывали «ужасы» Лысой горы с изрядной долей иронии, понимая, что за всем этим стоит банальное нежелание крестьянства отказываться от привычных гулянок. Сегодня на Броккене шумят туристы и гремят фейерверки — языческий праздник мутировал в карнавал. А киевская Лысая гора, пройдя через статус режимного военного объекта, стала местом прогулок эзотериков и «ландшафтным парком», где до сих пор ищут “врата в потусторонний мир”.
Лысая гора (мифология)
В славянской традиции топоним «Лысая гора» работает как нарицательный: так называли любое возвышение без растительности. Не обязательно киевское. Та же «Лысая гора» есть под Саратовом, под Волгоградом, во Владимирской области. Но привязали миф о ведьмином сборище именно к киевскому холму. Почему? Географы XIX века нашли железный аргумент: местные кварцевые пески не держали деревья — земля просто не родила лес. А сознание крестьянина достраивало остальное: бесплодная земля = проклятая земля.
Мифологический образ строится на трех китах. Первый — нагота. Отсутствие крон и кустов делало гору обозримой со всех сторон. Идеальная смотровая площадка для языческих обрядов: ни один чужак незамеченным не подкрадется. Второй — ветер. На голой вершине ветер гуляет свободно. У восточных славян «вихревая» нечисть — это отдельный разряд демонов, которые любят открытые пространства. Третий — пограничье. Гора, торчащая из равнины, воспринималась как место стыка земли и неба. Туда и спускались бесы, согласно апокрифическим текстам XVII века.
Любопытная деталь: в белорусском Полесье «лысыми» называли горы, где, по поверьям, показывались «пятиглавые змеи». А в болгарских легендах на Лысой горе ведьмы «доят луну» — вытягивают из ночного светила молоко. Сравните с немецкими сказками, где на Броккене ведьмы «масло сбивают» из росы. Сюжеты разные, суть одна: безлесый холм — место силы, где привычные законы природы отменяются. И для человека неподготовленного — смертельно опасно.
Шабаш на Лысой горе и Вальпургиева ночь
Когда именно нечисть собирается вместе? Славянские источники называют четыре даты, и они не совпадают с европейским календарем ведьм. Разбираемся по порядку.
Вальпургиева ночь (30 апреля на 1 мая) — это чисто германская история, привязанная к канонизации английской монахини Вальпурги (ок. 710–779). Ее день выпал на языческий Белтайн, и церковь поступила прагматично: подменила смысл, сохранив дату. На Броккене в эту ночь, по «Молоту ведьм» (1486 год), ведьмы летят «на масле, на пруте и на козле». Священники донесли до паствы: гуляния нечистой силы — это издевательство над христианскими святынями.
У славян — другая хронология. Собирались не в конце апреля, а:
- На Егорьев день (6 мая): первый выгон скота. Ведьмы, по поверьям, крадут у коров молоко, и на шабаше делят добычу.
- В ночь на Ивана Купалу (23–24 июня): самый массовый слет. Танцы с бесами, костры из папоротника и поиск «разрыв-травы».
- На Ильин день (2 августа): Илья-пророк мечет молнии, а ведьмы прячутся на горе, заклиная грозу.
- Под Рождество (с 25 декабря на 6 января): «страшные вечера», когда нечисть бушует особенно лютой.
И тут всплывает нестыковка. Вальпургиева ночь в славянской традиции — позднее заимствование через польские хроники XVI века, где католические миссионеры пытались наложить единую сетку на местные культы. Кое-где прижилось (в западных областях Украины), но для киевской Лысой горы каноничной остается именно купальская ночь. Максимович, исследователь Киева 1830-х годов, прямо писал: «Тут, на этой горе, говорят, каждое лето, 24 июня, собираются ведьмы на совет, куда ветер дует и откуда гром гремит».
Устроители сегодняшних неоязыческих «хороводов» на Лысой горе обычно игнорируют Вальпургиеву ночь. И правильно делают. Для славянского уха 1 мая — это день труда и весны. А для шабаша, согласно оригинальным мифам из собраний Афанасьева и Проппа, есть другая дата: ночь на Ивана Купалу. И точка.
Шабаш на Лысой горе: откуда взялась Вальпургиева ночь и как славяне спасались от нечисти
Начнем с главного: Вальпургиева ночь — это экспортный бренд. Европейское название прочно приклеилось к ночи с 30 апреля на 1 мая, но славянские шабаши жили по своему графику. Западные соседи боялись именно этого срока, а восточные славяне вели отсчет опасных ночей иначе: тут первенство у Ивана Купалы (с 23 на 24 июня), Юрьева дня (6 мая) и святочного разгула . Так что когда немецкий крестьянин 30 апреля запирал ставни, его русский собрат спал спокойнее — его «час икс» наступал позже.
Откуда вообще ноги растут у такого названия? Вариантов два, и оба — под прицелом инквизиции. По официальной версии, день 1 мая совпал с католической памятью святой Вальпургии (монахини из Англии, канонизированной в 778 году) . Но в народе упорно живет вторая, куда более кровавая легенда: о Вальпурге Хаусман. Эта немецкая акушерка в XVI веке попала под колеса «охоты на ведьм» — ее обвинили в убийстве 41 младенца и связи с дьяволом, после чего пытали и сожгли . Ирония судьбы: имя замученной женщины стало паролем для шабаша, который она, будучи при жизни акушеркой (спасавшей жизни, а не губившей их), в реальности никогда не посещала.
Что касается славянской обороны от этой напасти — тут наши предки подошли системно. У них не было сомнений: ведьма опасна ежедневно, но в календарные «неистовые ночи» — особенно. Защищались прагматично, без лишней мистики. Обратимся к арсеналу:
- Железо на страже: На порог клали нож, топор или косу. Считалось, режущий металл отсекает путь нечисти как физически, так и магически. Даже в сказке о Финисте — ясном соколе герой не мог проникнуть в дом из-за ножей, торчащих у окон .
- Растительный щит: Полынь, чеснок и «Андреев крест» работали как природные репелленты. Их развешивали по углам. Любопытный нюанс: мак тоже шел в дело — им осыпали двор, чтобы ведьма кружила до утра, пересчитывая зерна, и не успела навредить .
- Графика и символы: Мелом чертили круги, рисовали кресты на воротах и дверях. По сути, зонировали пространство: здесь — «чисто» и безопасно, туда — не лезь .
Самый жесткий метод распознавания врага в народе — о нем рассказывают былички. Хочешь вычислить ведьму? Иди в хлев в полночь. Если увидишь там жабу или черную кошку — руби лапу или выкалывай глаз. Утром иди по деревне: у которой бабы рука перевязана — та и есть лиходейка . Дикость? Для нас — да. Для крестьянина, боявшегося потерять корову («ведьма отнимала молоко»), — житейская необходимость.
На какой горе происходит шабаш в Вальпургиеву ночь
Конкретный адрес есть, и он находится в Германии. Главная «взлетно-посадочная полоса» европейского шабаша — гора Броккен (Brocken) в горном массиве Гарц . Высота — 1141 метр. Пик называется Хексентанцплац, что дословно переводится как «место пляски ведьм» .
Выбор этой локации диктовался суровой прагматикой: 306 дней в году вершина Броккена укутана в густой туман . Для человека Средневековья, поднявшегося туда и увидевшего свою гигантскую, дрожащую тень на облаках (оптический эффект, который сегодня объясняет физика), это было стопроцентным доказательством того, что он узрел призраков или нечисть . А в XVII веке местные священники, не мудрствуя лукаво, официально запретили прихожанам лазать на эту гору. Аргументация железная: «Там дьявол. И вам там делать нечего».
У славян, разумеется, был свой филиал географии ужасов. И здесь пальма первенства принадлежит Киеву. Причем Лысых гор в столице Украины — целых четыре . Но настоящей «Меккой» нечисти считается та, что в урочище Выдубичи (она же Девич-гора). Почему именно она?
- Сакральный фундамент: До Крещения Руси здесь находилось языческое капище, где поклонялись Перуну .
- Кровавая история XIX–XX веков: Позже тут построили Лысогорский форт, который превратился в тюрьму и место казней. Расстреливали здесь, хоронили тут же, без отпевания . Согласитесь, трудно найти место с лучшей репутацией «портала в ад».
- Мифология: Именно сюда в романе Булгакова прилетала на шабаш Маргарита .
Разница между Броккеном и киевской Лысой горой — в антураже. Немцы пугали туманом. Славяне — реальными могилами казненных преступников на голой, выжженной молниями вершине. Объединяет их одно: и там, и там категорически не рекомендовалось появляться в конце апреля, если ты, конечно, не ведьма.
Гора Броккен — место шабаша ведьм в Германии
Не Броккен, а Блоксберг — так уважительно-опасливо величали эту вершину в старину немцы, сводя в названии воедино черта (der Block) и гору (der Berg) . 1142 метра над уровнем моря. Самая высокая точка не просто Гарца, а всей Северной Германии . И, по совместительству, главный «аэропорт» европейской нечисти. Выбор этой конкретной скалы объясняется без мистики, голой геологией: 306 дней в году вершина укрыта плотной шапкой тумана . Идеальная шторка для сборища, которое не желает быть на виду.
Добавьте к туману болота у подножия, отвесные кручи и климат, похожий на исландский. Человек Средневековья, отважившийся подняться сюда в непогоду, сталкивался с оптическим феноменом — «Брокенским призраком». Его гигантская, дрожащая тень на облаках не оставляла сомнений: он видит духов, а то и самого дьявола . А уж когда в 1736 году граф Кристиан Эрнст Штольтенберг-Вернигероде построил на горе каменную хижину (так называемый «Облачный домик»), это лишь подлило масла в огонь: мало ли какие черные мессы творятся в этих стенах? .
Якоб Гримм, один из братьев-сказочников, полагал: название Блоксберг происходит от древнегерманского бога-кузнеца Велунда — скандинавского Вёлунда, который ковал оружие в пещерах . И действительно, дурную славу горе обеспечили не только природные аномалии, но и сугубо человеческие страхи.
- Суеверный промысел: В горах веками добывали металлы, серу и мышьяк. Шахтеры, спускавшиеся в ад кромешный, видели там чертей .
- Литературный бестселлер: Сцену шабаша на Броккене описал Гёте в «Фаусте». Именно после публикации трагедии в XVIII веке гора стала туристической меккой для любителей «почувствовать жуть» .
- Реклама без бюджета: Священники, понимая, что отвадить народ от старых поверий не смогут, в XVII веке… запретили прихожанам подниматься на Броккен официально. Эффект получился обратным — интерес вырос колоссально .
Сегодня никакой мистики. На вершине — ресторан, музейный центр «Броккенхаус», канатная дорога и даже самый высокогорный отель в Германии . А в Вальпургиеву ночь сюда съезжаются толпы туристов, переодетых ведьмами, чтобы наблюдать лазерное шоу. Но местные старухи в деревушке у подножия все равно в ночь на 1 мая крестят двери мелом и развешивают пучки магических трав . На всякий пожарный.
Место шабаша ведьм. Тайны горы Кирхгоф
Броккен — это Европа. Но свое «место силы» есть и под Петербургом. Гора Кирхгоф (старое финское название — Мелькай-мяки, «Холм мертвых») находится недалеко от Красного Села. Сегодня на одном из ее склонов шумно катаются лыжники в «Туттари-парке» . А двести лет назад здесь было царство нечисти и русалок.
Откуда такая слава? Антропологи выделяют два ключевых фактора, причем абсолютно материальных. Первый — камень. На вершине лежит расколотый на три части валун Укко-киви. Укко — древний бог-громовник финно-угров (наш аналог Перуна). Легенда говорит: в камень ударила молния, расколов его надвое . Для язычника знак очевиден: здесь боги общаются с людьми, тут и алтарь рубить.
Второй — кладбище. В XVIII веке на холме построили кирху (евангелическую церковь), которую прозвали Кирхгоф — «церковный двор». Вокруг, как водится, вырос погост. Для христиан место святое, для язычников — пограничное: кто умер, тот и хозяин. А если еще вспомнить, что в Средние века в Европе, включая Финляндию, где жили ингерманландцы, на «лысых» (безлесных) вершинах жгли большие костры — «кокко» в день летнего солнцестояния (финский Юханнус)… .
Церковь боролась с этим весельем архетипично: объявила поклонников старых богов ведьмами и колдунами, а праздники костров — шабашами. Ирония сегодняшнего дня: уже в XXI веке пастор местной церкви (обратите внимание!) наблюдал за возрожденным праздником Юханнус на горе Кирхгоф. Молодежь танцевала, пила и играла в игры. А чуть выше по склону, на территории горнолыжного курорта, пару лет гремел фестиваль электронной музыки «Глобал Гезерин» .
Консервативные петербуржцы и сегодня называют эти рейвы шабашем. Формально они правы: место то же, суть та же — радость от прихода тепла и свободы. Только вместо ведьм на метлах — диджеи с ноутбуками. Эволюция, однако.
